- Да ну тебя! - отмахнулся Дэн, - Я еще после злых шуточек Алиеноры не совсем оправился. Как кстати, вчерашний вечер в филармонии?

- Ты не поверишь, но мне понравилось. Я, конечно, и раньше знал, что Цветаева была немного не в себе. Но они вчера так тонко это передали. И эту ее обостренность чувств, и черт знает, что еще. Короче, будет время, сходи.

- О, нет, спасибо! - тут же отказался Дэн, - Если бы мне пришлось, как тебе, я бы может и вытерпел, но вот так пойти сознательно. Увольте!

- Так своди свою девушку! Как она там кстати? - искренне поинтересовался Арсений.

- Лучше. Но для походов в филармонию еще рановато. А для походов в филармонию в другом городе рано как никогда. Мне с ней сегодня вообще первый раз за два дня удалось поговорить. И то, ты меня прервал.

- Ну, извини! Я не специально, - извиняющимся голосом ответил другу Арсений.

- Да ладно, что уже, - отмахнулся Дэн. - Как там Изабелла?

- Изабелла в восторге от вчерашней Цветаевой и передает тебе привет. Я что-то не удержался и все ей о и о твоей Еве, и о Шейне, и о Саре рассказал. Я, надеюсь, ты не возражаешь? - Арсений снова посмотрел на Дэна виновато.

- Ну, если бы ты спросил, я бы может быть и возражал, - сказал друг уклончиво, - Но может быть оно и к лучшему. Кстати, знаешь, моя сестра спрашивала, не могли бы вы с Изабеллой сдать кровь для ее исследования? Ей нужны и вены и керы.

- Я не против, - легко согласился Семен, - А у Изабеллы спрошу.

- Спроси сейчас, - неожиданно предложил Дэн, - я как раз хочу узнать у них с отцом результаты анализа фантика, что ты вчера подобрал. Ну и вас отведу в их лабораторию, раз ей так надо.

И пока Арсений разговаривал с Изабеллой, Дэн договорился с отцом.

- Как-то она подозрительно легко согласилась, стоило мне только назвать твое имя, - подозрительно прищурив глаза, посмотрел на Дэна Арсений.

- О, она всегда была ко мне не равнодушна, - не задумываясь ответил Дэн, - Странно, что ты раньше этого не замечал.

Арсений показал, что перережет ему шею, но Дэн и глазом не повел.

- Давай у меня в комнате минут через десять, - сказал он и добавил, как ни в чем ни бывало, - Впрочем, если что, Изабелла покажет дорогу. Она точно знает где у меня кровать.

Но Арсений только улыбнулся в ответ. Просто улыбнулся паясничающему лучшему другу.

В своей комнате Дэн оказался первым. В своей привычной больничной униформе, со шприцом с Евиной кровью в руках и еще одним ее долгим поцелуем на губах.

Изабелла была безупречна. Мила, застенчива и ожидаемо молчалива. Арсений, держащий ее за руку, кажется, даже переоделся по такому случаю.

Дэн манерно раскланялся.

- Привет! - сказала ему Изабелла просто.

В отличие от Арсения, она была у Дэна первый раз, и идя к гостиной по дому восхищенно осматривалась. Конечно, дом Майеров не был и близко похож на замок Гард, но тоже был ничего.

Усадив гостей в гостиной, он предложил даме воду и фрукты. С удовольствием угостился виноградом Арсений, а Изабелла от всего отказалась. Дэн не знал бы, о чем с ними говорить, всё же Изабелла внушала ему какую-то робость, если бы, как и до этого шумно плюхнувшись на диван и обозначая свое появление телефонными трелями не появился отец.

- Я извиняюсь, - сказал он вместо приветствия и тут же ответил на звонок, - Майер! А, здорово! Что-то не признал твой номер. Ясно. Слушай, Паш, давай я тебе попозже перезвоню, занят сейчас, не могу говорить. Ага, давай!

И он повесил трубку.

- Здравствуйте! Извините еще раз, - откланялся он Изабелле, - Арсений!

Он крепко пожал руку другу сына, которому кивнул.

- Ну, что сразу в лабораторию? - он вопросительно посмотрел на сына.

- Не, пап, скажи, что там с фантиком. Это кстати, Арсений, его забрал. Изабелла тоже в курсе? - он вопросительно посмотрел на девушку. Она кивнула.

- Как ни странно, - с чувством начал отец, - с этим фантиком тоже что и с кровью девушки. Там золото. Я себя прямо каким-то королем Мидасом чувствую - к чему ни прикоснусь, всюду золото.

Все улыбнулись в ответ на его реплику, даже Изабелла.

- В фантике, правда, золото немножко другое. Коллоидное. Прямо нано частицы. И с чем-то еще. Но это другое соединение определить не удалось, слишком уж микроскопический образец.

- А для чего могли использовать это золото? - спросил Арсений, - Этой женщине дали его прямо перед какой-то процедурой. И еще сказали не запивать.

- Ну, не запивать это понятно, ни одно гомеопатическое средство не рекомендуют запивать. Только так оно и работает. А вот что это могла быть за процедура, сложно сказать. А женщина эта, кто?

- Человек, пап, причем пожилой человек, - пояснил Дэн.

- Люди коллоидное золото используют для повышения иммунитета и омоложения. Считается, что оно препятствует старению. Правда, при регулярном применении.

- А асы? Они его как-то используют? - снова спросил Арсений, - Даже не так. Какого эффекта мог ждать азур от этого средства, назначая его человеку?  Причем две дозы с интервалом в час.

- Ну, у меня только одно предположение. Ему нужно было, чтобы в крови ее было большое количество золота, поэтому и дали именно эту коллоидную форму. Поэтому и выбрали интервал в час. Думаю, именно за это время в крови образовалась бы его максимальная концентрация с учетом скорости всасывания.

- Скажи, а фамилия Франкин тебе о чем-нибудь говорит? - спросил Дэн.

- Кто? Франкин? Хренов Франкин? Опять? - распалялся все больше при каждом очередном повторении его фамилии отец, - Это же этот Франкин притащил Шейна в наш институт. И место тепленькое зав. отделением ему приготовил. И даже выбил для них с Шейном какой-то гранд на исследования. Дай Бог памяти, как оно называлось-то?

Он вскочил с дивана, постоял, потом опять сел.

- Что-то с амнезией связанное.

- У тебя что ли? - не понял Дэн, - Амнезия?

- Да не у меня. Название работы их было с памятью связанное. Нарушения памяти, искажения.

- Парамнезии? - подсказал Дэн.

- Точно! Парамнезии. Только знаю я, что там они по тому гранду исследовали - один сплошной Корсаковский синдром, - и он махнул рукой, - и сами пили и добровольцев своих только и делали что спаивали.

- Ну, в принципе, в рамках работы. Грубое расстройство памяти при алкогольном отравлении, это и называется Корсаковский синдром, - пояснил он для друзей.

- О, ну, ты то своего Шейна, как всегда все бросаешься защищать, - махнул на него рукой отец.

Дэн многозначительно посмотрел на Арсения и ничего не сказал, пропустив отцовское замечание мимо ушей.

- Скажите, Герман Валентинович, а долго они с Шейном вместе проработали? И почему Франкин из института ушел? – вмешался Арсений.

- С Франкиным они были знакомы давно. Очень давно, - повернувшись к парню, начал рассказывать Майер-старший, - Они толи в одном институте учились, толи еще в школе познакомились. Даже история у них там была какая-то романтическая, только треугольная. Вроде оба любили одну и ту де девушку, или девушка любила одного, а замуж вышла за другого. Врать не буду, точно не знаю. Только после этого поссорились и даже работали они где-то в разных городах. Потом где-то опять встретились и здесь Франкин этот Шейна встретил прямо с распростертыми объятиями. И когда место это освободилось, он его никому не отдавал, потому что Шейна ждал. Я, честно скажу, потому на него так и зол, что сам претендовал на эту кафедру. И столько усилий приложил, чтобы это место занять, а все напрасно. Мне дали вот социологию, хотя какой я социолог, когда из лаборатории не вылезаю. Социология она что, так, болтовня одна. Вот Шейну она бы подошла намного лучше. А я практик, мне биология старения, практика с опытами, с пробирками нужна.

- Пап, да не расстраивайся. У нас же всё равно лаборатория общая. Нравится тебе, так вы оттуда с Алькой и не выходите. А уж что там у тебя в трудовой книжке записано, какая разница? - попытался поддержать его Дэн.